orave (orave) wrote,
orave
orave

Идеальная УИК по-рязански

Так получилось, что в Рязанской области все выборы, которые мне доводилось посещать, были организованы и проведены, по крайней мере, в день голосования из рук вон плохо. Что выборы депутатов Касимовской городской думы (дг 22.07.2012), где бюллетени для последующих вбросов хранили в сейфах участковых избирательных комиссий с проставленными отметками и сложенными пополам, что выборы главы Агишевского сельского поселения (дг 17.11.2013), где оформление помещений для голосования было безобразным, как и знания закона членами комиссий, а для сокрытия неизвестно чего в середине дня пошли на банальное удаление из УИКов всех, кто обладал должной квалификацией — благо были они в статусе представителей СМИ.

На этот раз, были совмещённые выборы главы и депутатов Заборьевского сельского поселения (дг 16.02.2014) и понятно, что ждать от комиссий какой-то адекватности в общем не приходилось. Однако… я попал практически в идеальную УИК. УИК 440.

О чём может мечтать перфекционист, как не попасть в идеальную избирательную комиссию? Где всё проходит так, как написано в законе, где всё сделано для людей, а деятельность, действительно, имеет целью реализацию и защиту избирательных прав граждан. Не могу сказать, что мне не доводилось быть в самых образцовых избирательных комиссиях проводящихся выборов. Не считая моей московской УИК 177, совершенно однозначно таковой являлась УИК 2115 в Чудове.

Однако Рязанская область не могла не наложить свой отпечаток. Но сначала о приятном. Просторнейшее помещение, очень хорошо подготовленное для проведения дня голосования. Выражалось это в шикарном стенде с исчерпывающей информацией, как о кандидатах, так и о комиссии, выложенными распечатками закона, в очень удобном расположении стационарного ящика для голосования. Можете мне не верить, но его поставили в такое место, что просто отовсюду просматривался. И в доверешении ко всему стулья для лиц, находящихся в помещении для голосовании, расположили так, что с части из них открывался хороший вид на столы, где выдавались бюллетени и на сейф, с части из них контролировался вход и улица, со всех были видны кабинки для голосования. Почему я этому восторгаюсь. Да просто когда жуликоватая УИК получает в распоряжении великолепный зал, она обычно размещает стулья куда-нибудь подальше или в угол, или вдоль узкой стены, а стационарный ящик ставит как можно дальше от этих стульев.

Если перед УИК ставится задача подготовить помещение для вбросов, у них ещё и стационарный ящик оказывается с широченной щелью, а разворачивают они его так, чтобы щель была параллельно сидящим. То есть когда вбросчик делает своё чёрное дело, он загораживает спиной. Если УИК идёт на 5.6, там обычно ещё и вешается табличка «места для…», принимается решение со схемой размещения и налагаются фактические запреты на перемещение и фото-/видеосъёмку общественными контролёрами. Ничего подобного в УИК 440 не было. До подсчёта можно было ходить и снимать. Эта комиссия, по моему убеждению, не ставила перед собой задачу обеспечить возможность вбросов.

Рисуемая мною радужная картина оборудования помещения для голосования не должна вводить в заблуждение. Нарушения 61 статьи ФЗ-67 были. Но в силу незначительности, ограничился донесением до горячей линии — корреспондентов, находящихся в Москве и отслеживающих ход прохождения выборов на более высоком уровнем абстракции. Сейчас следы можно искать на «Карте нарушений», в твиттер-трансляции или в сообщении на фейсбуке. Если интересуетесь то, что можно причислить к «техническим нарушениям, не влияющим на результаты голосования», посмотрите. Обычно это клише используется для маскирования серьёзных нарушений, тут было, правда, незначительно.

Моим рязанским коллегам в начале голосования удалось решить нетривиальную задачу: они убедили пересчитать бюллетени, находившиеся в комиссии. Сопротивление было незначительным, подсчёт быстрым, доверие к работе комиссии после этой процедуры существенно повысилось.

Как это бывает с практически идеальными УИКами, УИК 440 был укомплектован аж двумя операторскими группами с большими камерами на штативах. «Ren» и «Россия» спешили отснять материал в, пожалуй, самой хорошей комиссии этих выборов.

Немного о статусе. Я в этой комиссии был в качестве её члена с правом совещательного голоса и предупредил своих коллег, что также имею отношение к газете, махнув редакционным удостоверением. Мне был брошен вопрос, знаю ли я об ограничениях съёмки. Поскольку о таких ограничений я знаю даже больше, чем нужно (включая насаждаемую практику и региональные верования), подтверждение было дано, и коллеги реагировали на меня весьма спокойно. Но «Ren» и «Россия», казалось, были им роднее. Когда при съёмке процесса выдачи бюллетеня операторы сначала одного канала, а потом и другого, направили объективы на заполняемую строку книги списка избирателей, я не смог удержаться от совета председателю просветить их, чтобы такие кадры хотя бы не вставлялись в сюжет. Он выбрал более прямолинейную схему и стал просить операторов вести съёмку чуть поодаль. Через какое-то время другие мои коллеги из членов комиссии с правом решающего голоса обучились отгонять камеры, вперивавшиеся объективами в список избирателей.

Другим навыком, переданным коллегам по цеху, оказалось пресечение «парного голосования». Это только в рекламе нечистоплотных политических партий молодые пары уединяются в кабинках для волеизъявления, в реальной же жизни голосуют поодиночке. Это дало хороший эффект практически правильного оформления ситуации оказания помощи в заполнении бюллетеня. Пару раз было. С тем, как поступать при выдаче бюллетеня взамен испорченного, эта комиссия знала и её председатель организовал процедуру на высшем уровне.

Я выявил в своей комиссии среди членов с правом решающего голоса двух человек, имевших хорошую подготовку и ориентирующихся в избирательном законодательстве. Это отличный показатель, обычно бывает от 0 до 1.

Крупных проколов за день голосования до подсчёта голосов у комиссии было два. Первый — неведение реестра голосования вне помещения. Второе — ошибки при внесении записей в первую книгу списка избирателей. Реестр изготавливать всё же начали в день голосования, он был не такой уж обширный и избирателей из него члены комиссии с правом решающего голоса знали. Но пренебрежение требованиями закона привело к тому, что, по меньшей мере, у двух избирателей появилась возможность проголосовать дважды, так как после того, как они сходили в УИК, к ним ещё и переносной ящик для голосования привозили. Небрежности при внесении в книгу списка избирателей отметок выразились в ошибочном заполнении неверной строки со взятием подписей избирателя в получении бюллетеней (то есть пришёл следующий, с удивлением увидел, что уже проголосовал), неполном заполнении ещё двух строк (что могло затруднить работу с книгами при подсчёте и тоже бы вряд ли обрадовало бы избирателей, у которых такое писали, если бы, конечно, те пришли).

По сравнению с тем, что происходило в некоторых других УИКах (попытка вброса, Карькина и «её охранница», «анти-наблюдатели», нападения на членов УИК и ИКМО, ведущих съёмку) в УИК 440 была благодать. Члены УИК 440 с правом решающего голоса даже спокойно реагировали при сличении вносимых в список избирателей паспортных сведений с содержимым паспорта: такое бывает редко. Несколько раз к своему удивлению слышал вопрос от коллег с решающим голосом, буду ли писать жалобу, если… В ответ давал свою оценку соответствия закону предлагаемого. Например, пояснил, что выезд по обращениям о голосовании вне помещения одного члена с правом решающего голоса и одного члена с правом совещательного голоса закону не соответствует. Согласиться, что я согласен не возражать нарушению закона я не мог, пояснил, что принятие решения в данном случае за председателем УИК. В итоге, со мной поехали два члена комиссии с правом решающего голоса. Подобные незначительные инциденты случались. Как правило, члены моей комиссии с правом решающего голоса прилагали максимум усилий, чтобы закон был соблюдён. Мне это нравилось.

Рассказ о работе практически идеальной УИК выборов в Заборьевском сельском поселении не будет полным без части о подсчёте голосов.
Вот это было феерично от начала и до конца. Первое нарушение — смешение этапов. Начали с работы с книгами избирателей. Информация о том, что закон предполагает другой порядок проведения этапов председателем УИК игнорировалась, операторы «Ren» и «Россия» к тому моменту из помещения для голосования УИК 440 уже ушли (не в этом ли причина изменения характера действий), ни о каком техническом нарушении процедуры, не влияющем на результат не могло быть и речи: перенос погашения бюллетеней после работы с книгами легко используется для варьирования числом неиспользованных бюллетеней.

Пообщался с дежурящими в УИК сотрудниками полиции, объяснил происходящее, подал устное сообщение о правонарушении (5.24). Убедился в правильности подсчёта трёх из пяти книг списка избирателей и в их аутентичности. Внизу страниц были правильные суммы, но последняя страница была пуста. Протокол и увеличенная форма протокола не заполнялись. Пока я добивался реализации права выверить книги, была натянута лента, отделяющая часть членов УИК, представителей СМИ, а также всех наблюдателей и кандидатов таким образом, что они могли видеть лишь стол, где работали с бюллетенями, когда между ними и содержимым стола никто не стоял. Однако, в свою очередь, коллегам удалось настоять на выполнении сортировки бюллетеней в соответствии с законом, что было довольно неплохим разменом. К сожалению, непосредственный подсчёт был с грубыми нарушениями. Перемещения и возможности съёмки существенно ограничивали, итоговое заседание комиссией проведено не было.

Отдельно хочу отметить следующее:

  • в Рязанскую область из Москвы, Саратова и Московской области ездила великолепная команда общественных контролёров, большинство которой составляли участники общественного движения «Сонар», имевшие за спиной большой опыт участия в выборах,
  • в общественном контроле этих выборов участвовали очень сильные общественные контролёры из Рязани (в основном, движение «Голос», насколько я понимаю),
  • это были выборы с одной из самых лучших, продуманных и, по всей видимости, затратных подготовок обеспечения возможности контроля, которые могу вспомнить. Пожалуй, в этот раз возможность остановить грубые нарушения закона при проведении подсчёта в УИК 440 была. Хотя, конечно же, в практически идеальной УИК хотелось бы видеть и практически идеальных сотрудников полиции. Ведь останавливать совершаемые правонарушения — их работа,
  • В очередной раз убедился, что если кто-то хочет помочь в контроле выборов удалённо, он это может делать, какие бы предпочтения по видам деятельности ни были. Для меня довольно неожиданной палочкой-выручалочкой на этот раз оказался Михаил Аркадьевич Табак. Спасибо, Миша.

Tags: Заборье, Заборьевское сельское поселение, Рязанская область, Рязанский район, УИК 440, выборы, идеальная комиссия, наблюдательство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments